Александр БАЛТИН. АСТРАЛЬНЫЕ БЕЗДНЫ УИЛЬЯМА БЛЕЙКА. Из истории английского романтизма

 

Александр БАЛТИН

АСТРАЛЬНЫЕ БЕЗДНЫ УИЛЬЯМА БЛЕЙКА

Из истории английского романтизма

 

Эзотерический космос его гравюр!

Алхимия Блейка была герметического порядка: та, что связана с внутренней работой над душой, считающейся многослойной, и если верхние слои – любовь и творчество, нижние – похоть и страхи, которые необходимо убрать-переплавить в высшее.

 Отсюда – количество символов, какими насыщены живописные сады Блейка.

 …Трудится метла жесткокрылого существа, и крылатая дева, приближающаяся к нему, символизирует успех выметания низового шлака.

 Мировой змей, кусающий собственный хвост, Уроборус, вдруг расплетается, превращаясь в восьмёрку бесконечности; а потусторонние объятия кончаются разрывом, ибо любовь за пределом физической данности обретает другие формы.

 В громадном сосуде творчества Блейка органически совмещены поэтическая и живописная субстанции:

Мать родила меня в пустыне дикой, южной.

Был чёрным я, но О!  душа моя бела.

Английский мальчик – ангел с кожей белой, нежной.

А я – темней, чем чёрной южной ночи мгла.
 

Под деревом укрывшись, мать меня учила,

И в жаркий день в тени от зноя берегла.

Взяв на колени, целовала. Говорила,

Указывая на Восток, к нему звала:
 

«Восходит солнышко. Смотри, там Бог живёт.

Он посылает всем тепло и свет далёко.

Их получают люди, и растения и скот...

Комфортно всем и никому не одиноко.
                                                    (пер. Т.Селеменевой)

Свет с Востока: таинственный свет мистиков и пророков, облучавший Блейка, переданный им сгущённо через образы, представленные миру.

Потусторонние чудища – реальны ли?

Или то – фантомы фантазий?

Со спины изображённый хребет, переходящий в хвост, закрученные, формой бараньего рога, и жуткие, словно древесные, структуры держат перепонки – крылья.

Блейк едва ли хотел пугать, но – предупредить: чрезмерное погружение в земной расплав наслаждений, как в жидкий воск, чревато встречей с таким (так в «Саду наслаждений» Босха из зеленовато-золотистых полей, где торжествуют объятия, всё переходит в чёрно-красные сферы ада).

По городу проходят ребята по два в ряд,

В зеленый, красный, голубой одетые наряд.

Седые дядьки впереди. Толпа течет под своды

Святого Павла, в гулкий храм, шумя, как Темзы воды.
 

Какое множество детей – твоих цветов, столица.

Они сидят над рядом ряд, и светятся их лица.

Растет в соборе смутный шум, невинный гул ягнят.

Ладони сложены у всех, и голоса звенят.
                                                                  (пер. С.Маршака)

Раскачивается ритм – словно колыхание огней: огней зажжённых свечей; нечто ангельское реет над стихотворением, невидимое помавание потусторонних, но светлых крыл.

Блейк словно и жил между двумя мирами; то, что не мог преуспеть в земном плане, подтверждает сказанное, ибо потустороннее имеет свои мерила успеха, не соответствующие земным.

Но тела запредельных миров, астральных пространств изображал, используя… условно говоря: формулы земной анатомии, хотя и не следуя ей детально; часто – тела атлетичны, порою – сжаты, словно недоработанное в плане избавления души ото зла пригибает, сдавливает пружиной в запредельности.

«Песни невинности и опыта» исполнил, исследуя лучами мысли, превращаемыми в поэзию, возможности человеческого становления, и, суммируя полученное, создал «Видение дщерей Альбиона», платоновскую пещеру используя темой трёх персонажей, истинную природу реальности понять не способных; тем не менее и конкретика определяет движение строк: тогдашнюю Америку Блейк воспринимал вариантом надежды, мол, освободившись от британской, пусть скрытой, тирании, сможет показать миру невиданный расцвет… он считал – свободы, в том числе творчества.

…В огненном конце – согнутое, перевитое сухими и тугими мышцами тело, седые курчавятся волосы, у ног – вариант сферы бытования людского…

Возможно – демиург, тщащийся понять, как осветлить воли людские?

Сияние художественных произведений Блейка двойственно, различные толкования возможны, но он всегда, очевидно, следовал световой вертикали, отвергая неистовство весьма могущественной тьмы.

Циркуль, опускаемый вниз, в шаровую бездну, используется порой в картинах: вымерять необходимо правильный градус бытия.

Вычислить корень квадратный веры.

Вывести интеграл истины.

…Должное отдавал лёгкое куртуазности, любовной песне:

В полях порхая и кружась,

Как был я счастлив в блеске дня,

Пока любви прекрасный князь

Не кинул взора на меня.
 

Мне в кудри лилии он вплел,

Украсил розами чело,

В свои сады меня повел,

Где столько тайных нег цвело.
                                        (пер. С.Маршака)

Он пишет о пастухе:

Как завиден удел твой, пастух.

Ты встаешь, когда солнце встает,

Гонишь кроткое стадо на луг,

И свирель твоя славу поет.
 

Зов ягнят, матерей их ответ

Летним утром ласкают твой слух.

Стадо знает: опасности нет,

Ибо с ним его чуткий пастух.
                                    (пер. С.Маршака)

Но ведь и не пастух, и не стадо имеются в виду: добрый пастырь и человечество проявлены сквозь легко начертанный словами символ.

…Круто поднимающаяся лестница – наверх: только девы идут, ведь дева и добродетель одного рода.

Золотистые тона входят в синеву его картин, давая своеобразие колора.

…Жил зыбко, продуваемый жизненными, бытовыми, безденежными ветрами; возможно – кротко воспринимал сие, может, пытался что-то изменить; но по сравнению с поэтически-живописным пантеоном, сотворённым им, – это не слишком важно.