Исмаил БЕЙТУГАНОВ. МАТЬ СОЛДАТА. Поэма, перевод с балкарского Нины Поповой

 

Исмаил БЕЙТУГАНОВ

МАТЬ СОЛДАТА

Поэма 

Перевод с балкарского Нины Поповой

 

ПРОЛОГ

 

I.

Горы Кавказа видели много:

Схватки и битвы, горечь набега,

Небо объято чёрной тревогой, 

В дыме вершины белого снега.

 

Здесь расцветали алые зори.

Зори сгущались, мрака чернее.

Павших равняя памятью горя, 

Шы́якы* встали скорбной аллеей.

 

Щит выставляя в годы страданий,

Гордо взметнулись горные кряжи,

Встали сурово острые грани,

На вековой незыблемой страже.

 

Рьяно рванув из скального плена, 

Бурно течёт Чере́к по долине,

Тучей взметнётся грозная пена,

Ляжет на горной тихой лощине.

 

В центре села – хрустальный источник,

Тайны ему открыты свободно, 

Душу он лечит, выразив точно

Горе и радость в зеркале водном.

 

Здесь Аминат оставит печали,

Здесь и надежде выкроит место…

Воды струились, располагали

Слёзы о давнем выплакать вместе.

 

Сердце припомнит встречу с Ахматом,

Нежно шепнёт любимого имя,

К горным ущельям и перекатам

Память летит, любовью хранима.

 

Вновь возвратится давнее время,

У шауда́на** сядет любимый.

Звякнет напевно конское стремя,

Радости песня слышится зримо...

 

Память дорогу выправит к речке,

Сын и скамейку выстроил впору.

Воды искрятся, словно бы свечка,

Многое ясно видится взору…

 

Вечно живой солдат её милый, 

Радость свою доносит он в песне:

– Свет-Аминат, напев легкокрылый,

Соединяет любящих вместе.

 

Между горянок ты засверкала

Прелестью слова звёздной орбиты!

Песне внимают птицы и скалы –

Нашего чувства тайны раскрыты!

 

…Хищно хлестала битвы лавина,

Встал и Ахмат в колонну героев,

С грозных сражений на Украине

Фото прислал солдат фронтовое.

 

Стали все письма грудою ветхой.

В старый сундук рукой бережливой

Жизни прошедшей гордые вехи

Память нетленно, свято сложила…

 

Вновь к роднику тропинка петляет,

Словно там счастье нежно струится,

Словно сиянье звёздного рая

На дорогие падает лица.

 

 Сердце любимой верит не смерти, 

Не убеждает даже могила,

Сердцем во встречу крепко поверьте –

В этом любви нетленная сила!

 

Так и живёт солдатка в селенье,

Вместе с народом – радость и горе,

Видно, такое выпало время,

С ним, как известно, лучше не спорить.

 

 Если во сне приходит любимый,

То разговорам нет передышки,

Радость сияет так негасимо

Даже во вдовьем тихом домишке.

 

– Встретив тебя, попал я в ловушку! –

Скажет Ахмат любимой так нежно…

Утром вновь льются слёзы в подушку,

Так безнадёжно, так безутешно. 

 

 – Может, вернёшься в дом наш когда-то?

Мы возвращенья долго так ждали,

Вылечу сердцем раны солдата,

Брошу на ветер боль и печали.

 

Так Аминат грустит над водою…

Шепчет вода струёй неустанной:

– Ты не печалься горькой бедою,

Там излечимы тяжкие раны!

 

II.

Сына увидеть Ахмат не успел,

Бился за Родину он на войне,

Был он по-горски отчаянно смел,

Словно летел на лихом скакуне.

 

Сына Ахмата назвали Жамал,

Благословили его колыбель,

Честь унаследовал он, хоть и мал,

Папину даже не видел шинель.

 

Бился геройски в сраженьях Ахмат,

Родины честь отстоял он в боях,

Только не ведает смелый солдат

Горькой беды в отчих горных краях.

 

День испытаний народной судьбы,

День депортации… горестный плач…

Против проклятия люди слабы.

Часто судьба – самый страшный палач.

 

Мысль Аминат о жестокой войне,

И вся родня на усталых руках.

Ей тяжело непомерно, вдвойне: 

Страх похоронки – немыслимый страх…

 

III.

Дети растут на равнинных песках,

А старики приближают покой…

О, Аминат, непосильна тоска,

Что же печаль неразлучна с тобой?

 

Как удалось похоронку найти,

Спрятать беду от родительских глаз?

Сколько же сил на суровом пути,

Сложно представить нам даже сейчас.

 

Немощь косила ряды стариков,

Воздух и воды чужбины горчат.

О, Аминат, среди тяжких песков

Сколько невзгоды на хрупких плечах!

 

Труд на колхозных полях день и ночь,

Дома не видят совсем Аминат,

Времени нет, старикам не помочь,

Только страдания горьких утрат.

 

Много утраты в балкарском роду,

Сколько могил на курганах чужих!

Не позабыть никогда нам беду,

Смерть стариков и страдания их…

 

Время пройдёт и балкарский народ,

Зла и печали оставивший пласт, 

Между трудов, непосильных невзгод –

Милостыню по усопшим раздаст.

 

Рос и Жамал, привыкая сполна

К тяжкой невзгоде, мужскому труду,

Верно учила его Аминат: 

Тянет мужчина свою борозду.

 

Не только трудом наставлен Жамал,

Честью мужской и достоинством жить,

Чтобы обычай народа он знал 

И сберегал уважения нить.

 

Смотрит на сына она без конца:

К сердцу прижмёт, наслаждаясь теплом, 

Как он безмерно похож на отца:

Брови, глаза, да и кудри притом! 

 

В школе киргизской такой ученик

Двум языкам научился легко!

Словно бы лучик в сердце проник,

Смог унести всю печаль далеко!

 

Вот и изгнанью приходит конец,

Пусть и на Родину путь так не прост.

Сколько же радость согрела сердец,

Провозглашая достойнейший тост!

 

Начали службу в армейских войсках,

Горец Жамал самым первым встал в строй,

Парню такому неведом был страх,

Ведь у Жамала отец был герой. 

 

Долго из армии ждали вестей, 

Мать вся в тревоге и в доме печаль, 

Верят – не будет плохих новостей!

Сон улетел в бесконечную даль…

 

Куба… Карибы… Там кризис… Эфир

Жил под прицельностью высших тревог.

Там и Жамал. Защищает он мир.

Правды защитник, он смел был и строг.

 

Нет от Жамала звонков и письма,

Нет и возможности их отправлять,

Прячет глаза почтальонка сама,

Ничем сейчас ей порадовать мать.

 

Как же тогда быть самой Аминат,

Если изранено сердце тоской?

Вот и торопится в военкомат –

Снова за весточкой… хоть за какой!  

 

Как без Жамала солнце взойдёт?

Радость пришла с материнской мольбой!

Мамино сердце замедлило ход –

Волей Аллаха сыночек живой!

 

IV.

Жизнь начиная в ущелье Чегем,

Вехи судьбы заложил и Жамал:

Он отучился, работал затем 

В животноводстве – как ветеринар. 

 

Мать, не забыв ни тоски, ни войну,

Сыном гордилась – и было за что! –

Но повторяла упорно ему:

– Мать пока рядом, свивай ты гнездо!

 

– Сделаю, мама! – ответил ей сын,

Жди, приведу я невесту в наш дом!

После тяжёлых и горьких годин – 

Свадьба! Веселье и радость кругом,

 

Так и живут, и сельчанам совет:

Всем хороша их семья – посмотри! –

Вот и внучок появился на свет –

Радостный, крохотный лучик зари.

 

Так и бежали за годом года,

Всё хорошо было в этой семье, 

И обходила нужда и вражда,

Видно, Аллах озарил бытие.

 

Внука Аслана растит Аминат,

Учит его неизменно добру,

Песен былого распустится сад – 

У родника напоёт поутру. 

 

Так и живёт, всем пример на селе, 

Сколько изведала с горем борьбы…

Не забывая о давней поре,

Внуку желает красивой судьбы.

 

V.

Счастье приходит всегда не на век.

Что ж так легко нам к нему привыкать?

Губит планету войной человек!

К дому война подступила опять…

 

Время Аслану идти на войну.

Афганистан – бой идёт у границ.

Скорбно молитвы летят в тишину – 

Вновь Аминат поднялась раньше птиц.

 

– Ах, мой родной, мой Аслан дорогой,

Пусть над тобою молитва летит, 

Благословение будет с тобой

Под обережием наших молитв.

 

…Словно живой, ей приснился Ахмат,

Гладит ей вены натруженных рук.

Молится с нею погибший солдат – 

Дорог ему неувиденный внук. 

 

– Ты не тоскуй! Воспитала мужчин. 

Сердце разлукою не береди.

Сын мой – герой, и герой – его сын!

Знаю, что лучшее ждёт впереди.

 

Если над Родиной туч пелена,

Встанут солдаты надёжным щитом.

И для погибших война – есть война,

Вместе с живыми мы встанем за дом!

 

Если сыны испытают испуг,

Грозно поднимется павшая рать,

Если вдруг трусом окажется внук –

Встанем из глуби земной воевать!..

 

Нет, не случится такого в семье,

Ты воспитала в них главное – честь,

Гордость взрастила ты в нашем дворе,

Здесь доброта и достоинство есть!

 

Даже на праздник, где чествуют мать,

Тихо приходит тоска и печаль:

Разве приучишь беду забывать,

Разве забудешь, что каждого жаль?

 

Силу Ахмат ей оставил свою,

Пусть и тревогой наполнился дом.

Каждый Всевышнему шепчет: «Молю

В битве сберечь под небесным крылом!».

 

Афганистан, опалённый войной, 

Горя ты сколько приносишь в дома.

Неизмеримо, что взято тобой,

Пусть будет проклята эта война!

 

Знает Всевышний всесильность молитв,

И береженого Бог бережёт:

Целым вернулся Аслан после битв,

Скорбным напевам не вышел черёд.

 

В сердце покой приютился и мир –

Можно всей грудью спокойно вздохнуть!

Радостно мать приготовила пир,

Пусть же войны не объявится путь!

 

VI.

Вот и приходит Аслану пора

Стать семьянином в традициях гор – 

Звонко доносится пир со двора,

Вновь Аминат заплетает узор… 

 

Сыну сказала: – Ты путь обозначь, 

Радость приносит Аслан для семьи,

Мальчик родится – дай имя Куанч,

«Радостью» внука, Жамал, назови.

 

– Мама, сама ты его назови! –  

Нежно сказал Аминат её сын, –

Сколько для нас в твоём сердце любви,

Юности сколько меж горьких седин!

 

Видит Жамал опалённую нить –  

Жизни достойный и честный закат.

Есть ли на свете, кто смог пережить

То, что смогла пережить Аминат?

 

С тростью-опорой идёт к роднику,

Перебирая страницы всех дат,

Что повидала на долгом веку…

Ждёт, что придёт ненаглядный Ахмат.

 

Так трёх солдат неустанно ждала,

Выплакав горькие слёзы в родник:

Милый Ахмат, внук Аслан, сын Жамал – 

Им, дорогим, её сердца язык.

 

Три фотографии в доме висят:

В форме военной, все крови одной,

Трое красивых и статных ребят – 

Только Ахмат не вернулся домой…

 

Вспомнит его на лихом скакуне,

Держит узду в сильных, ловких руках…

Память о давней суровой войне

Вдовьему сердцу всё также горька.

 

Город далёкий в жестоком бою

Принял Ахмата в приюте земном.

Сыну Жамалу дал кровь он свою,

Сын не подвёл и гордится отцом.

 

Вот и Аслан так на деда похож,

Смотришь и кажется – рядом сейчас,

С внуком душою всегда расцветёшь,

Горечь потери уходит из глаз.

 

Видно, что всполох афганской войны

В сердце у внука поставил печать,

Переживания жизни сильны –

Сколько селений коснулась печаль!

 

Пусть благодарность летит в небеса,

Слава Аллаху, и радости есть:

Сына и внука звенят голоса,

Да и Ахмат вспоминается здесь!

 

VII.

Всё доверяла она роднику,

Видя судьбы неминуемый шаг.

Сколько узнала на долгом веку…

Память семьи – негасимый очаг!

 

Так говорила семье Аминат:

– Не на века путь земной никому,

Будьте вы счастливы вместе стократ,

Смертный свой час я спокойно приму!

 

– Нет, не рыдайте! – наставила всех, – 

Стыдно, я видела долгую жизнь,

Внука любимого слышала смех,

Песни скорбящие траурных тризн.

 

…Тайны её сохраняет родник,

Можно рукой чистоту зачерпнуть,

Каждый к воде своим сердцем приник,

Здесь и последний проложен был путь.

 

Вот и Аслан – сердце болью полно,

Вспомнил любовь Аминат на пути.

Знал, как ждала их, раз так суждено,

Чтобы надежду свою обрести!

 

Вера летела в палящий Афган,

Чтобы спасти там в жестоком бою,

Плен миновать и прискорбие ран,

С честью осилить дорогу свою!

 

– Бабушка, милая, как без тебя,

Как нам без веры твоей и молитв?

– Не говори так, родной мой, скорбя,

Я отдыхаю от жизненных битв.

 

Чтобы семью не настигла беда –

Буду молиться с небесных высот!

Внук – слаще мёда, я знала всегда,

Связь не прервёт и печальный исход.

 

VIII.

Радость пришла – на Чегемской земле

Плач и печали уходят долой:

Новая жизнь появилась в селе – 

Снова шумит благодарственный той.

 

Пир затевает сельчанам Жамал –

Внук появился, Куанчем зовут.

Радость большая, хотя ещё мал!

И Аминат фотография тут.

 

Рядом – солдаты, к ним лучик приник, 

Фото сверкают, почётен их ряд.

Так же, как раньше, струится родник,

Только теперь он – «родник Аминат»!

 

Любит Куанч приходить к роднику,

Много ему рассказали о нём.

Воду из крана подать старику?

Нет, всем целебнее стал водоём!

 

Вот и Куанч, обойдя всё вокруг,

Залюбовался на звонкий ручей –

Столько труда здесь Жамаловых рук,

Так он старался для мамы своей!

 

Знает Куанч, рассказал ему дед:

Песни слагал здесь любимой Ахмат, 

Сколько струилось здесь счастья и бед, 

Сколько здесь слёз пролила Аминат…

 

ЭПИЛОГ

 

IX.

Память семьи, хранимая строго,

Светит Куанчу пламенным светом:

Тоже военной стала дорога –

Предков-героев главным заветом.

 

...На Украине смутное время,

Долго здесь тлела подлая искра.

Наших героев память не дремлет –

Враг не подступит к их обелискам.

 

Путь предстоит Куанчу нелёгкий,

Но не пройти беду стороною,

Дух его горский – сабельной ковки,

С давней закалкой, крепкой судьбою.

 

Перед войною едет к могиле,

Чтоб Аминат приветить с почётом,

Чтоб прикоснуться к праведной силе,

Тронуть рукой надгробья излёты.

 

– Бабушка, снова дни ожиданья!

Выпала доля вечной солдатки…

Снова молитвы зорьною ранью –

Выдержать душам новые схватки. 

 

…Слышит за птичьим теньканьем-свистом,

Словно влекомый к тайному знаку:

– Бей, мой родной, ты лютых фашистов,

Так же, как прадед, встань ты в атаку!

 

Непобедимы духа вершины,

Веком от века, годом от года

Снова вставали наши руины,

Каждого подвиг – подвиг народа!

 

…Грохот боёв опять не смолкает,

Броник с разгрузкой весят по тонне,

Кружится дронов хищная стая,

Поле в разрывах жалобно стонет…

 

Помнит потомок подвиги предков –

Горы хранятся в сердце лучисто,

Целится в свастику мрака метко – 

Смело бросает вызов фашистам…

 

Ждут не дождутся дома Куанча

Мать и отец, бабушка с дедом,

Но не услышишь горького плача – 

Шёпот молитвы с каждым рассветом.

 

Отпуск армейский воину дали –

Встретить Куанча празднично вышли

Все земляки. Сверкают медали!

Чествуют имя воина выше!

 

…Ждёт сыновей солдатка-Россия,

Каждого подвиг помнит и знает,

Светятся окна в ней негасимо –

Нашей победы выткано знамя.

 

Новое племя новых героев!

В песнях высоких будут воспеты

Подвиги ваши! Лиры настроив,

Новые строки сложат поэты!

------------------------------------
* Шы́якы – траурные могильники, гробницы.
**Шауда́н – водный источник.