Олег ЮНАКОВ. ПОВЕСТЬ О ТОМ, КАК ПОССОРИЛСЯ ЛЕОНИД БОРИСОВИЧ С ЭМИЛЕМ ШЛЕЙМОВИЧЕМ

 

Олег ЮНАКОВ

ПОВЕСТЬ О ТОМ, КАК ПОССОРИЛСЯ ЛЕОНИД БОРИСОВИЧ С ЭМИЛЕМ ШЛЕЙМОВИЧЕМ, или
       Сказ о том, как бодались богатая лягушка с мудрой змеёю в банке
 

Скучно на этом свете, господа!
                                         Н.В. Гоголь
 

Примечание автора

Это художественная реконструкция реальных событий. Автор опирается на публичные заявления сторон, судебные документы и свидетельства очевидцев.

Все оценки принадлежат персонажам и рассказчику, а не автору. Мы только записываем. А правда ли – пусть суд решает.

Любые совпадения имён случайны. Любые несовпадения – тем более.

 

Пролог

Есть в мире особый род людей – борцы за справедливость. Они бегут от неё за тридевять земель, а приехав, начинают строить заново. Строят долго, упорно – и забывают спросить: кому достанется?

Тут-то и выясняется, что справедливость – штука неделимая. Как та шинель у Гоголя: кто надел – тому и досталась. А второму – ветер в рукава.

Эта история о двух таких строителях. Вернее – о лягушке и змее, которые встретились в одной банке. Лягушка была богатая – из тех, что в Герцлии дома имеют. А змея – мудрая, журналистским опытом обогащённая.

Лягушка квакала громко про справедливость. Змея слушала тихо – и тоже про справедливость думала. Обе были уверены: банка принадлежит им.

Но банка, как известно, на двоих не делится. Особенно когда обе – холоднокровные.

Справедливость – единственное, что нельзя поделить поровну, не разрушив.

А теперь – по порядку. О том, как они дружили, работали, спорили – и в конце остались ни с чем. Вернее, с исками на миллионы шекелей, что, в сущности, одно и то же.

 

Глава I

О лягушке и змее, или Леонид Борисович и Эмиль Шлеймович

Прекрасная лягушка Леонид Борисович!

Зелёная, упитанная, с домом в Герцлии – веранды кругом, крыльцо на каждом шагу. Выйдет на балкон, надует горло, посмотрит на Средиземное море – и квакнет: «Мир несправедлив!». Эхо разносится по Герцлии. Море, впрочем, возражать не спешит.

А вспомнит МЕНАТЕП, ЮКОС, те времена – так горло надует, что даже море волноваться начинает. Судьба вынесла лягушку в Израиль волной, после ареста Михаила Борисовича. И обосновалась она в земле обетованной, благотворительностью занялась, газеты скупать начала.

Родилась лягушка в 1959 году в Москве – городе славном. В 1987-м свела её судьба с Ходорковским – и покатилась эпопея. Когда Михаила Борисовича арестовали, лягушка переехала в Израиль. Прикупила акций «Гаарца», журнал «Либерал» завела, конгрессом еврейским заправляла – всё как у людей. Весьма почтенная лягушка!

На родине против неё выдвинуты обвинения. Она их отрицает. Мы судить не станем – не наше дело. Лягушка квакает своё, следствие – своё.

Мудрая змея Эмиль Шлеймович!

Гибкая, молчаливая, с холодным взглядом журналиста. Родилась в 1971 году в Баку. Выросла в змею отменную – работала на радио «Голос Израиля», на RTVI, на радио РЭКА. Создала финансовый журнал «НЭП» – славное было гнездо!

Когда змея говорит – она умеет слушать. Редкое качество! Сидит, молчит, глазками поблёскивает. А уж когда про экономику начнёт шипеть – заслушаешься. Инфляция из-за Нетаньяху, падение курса шекеля – тоже из-за него, конец света – всё разложит, как мышей в кладовке. Любо-дорого послушать!

В 2017 году, по приглашению самой лягушки, стала змея главным редактором «Деталей».

Обе эти достойные особи были закадычными приятелями. При социализме жили – не понравилось, уехали. Пригрелись в Израиле – и принялись строить левый социализм, от которого бежали.

Справедливость, видите ли, строить хотели. Только каждая – свою.

Лягушка квакала: «Справедливость!».

Змея шипела: «Справедливость!».

И обе смотрели друг на друга с тревогой: не заползла ли та на чужую кочку?

 

Глава II

О том, как лягушка со змеёю в одной банке поселились

Началось всё красиво.

3 мая 2017 года стартовал сайт «Детали». Офис светлый, весь в белом – стены, столы. Как террариум, только для холоднокровных журналистов. Кондиционеры гудят, клавиатуры стучат, кофемашина шипит. Восемьдесят материалов в день! Фабрика новостей.

Лягушка – издатель. Змея – главный редактор. Зарплата обещана – 15 тысяч шекелей, с повышением до 30. Змея в восторге. Партнёры ведь!

Есть в мире дружба особого рода – дружба профессиональная.

Не та, что из песочницы. И не та, что через первую любовь. Нет! Это дружба, когда вместе болото осушают, вместе справедливость защищают. За угнетённых борются – не спросив угнетённых. За правду стоят – каждый за свою.

Профессиональная дружба крепка, пока не доходит до денег. А там, где деньги, – там бухгалтерия. А бухгалтерия не различает лягушек от змей.

Сидят обе в кафе на Ротшильд. Кофе пьют – пахнет он в Тель-Авиве горько и сладко. Про несправедливость мира рассуждают. А сами в уме считают: кто кому сколько должен, кто кого переиграет.

Лягушка квакает басом. Змея слушает молча. Обе прекрасно знают: в террариуме выживает одна.

Официант стоит рядом, счёт держит, чаевых ждёт. А после долгого разговора о правах угнетённых обе расползаются по домам – лягушка в особняк с верандами, змея в съёмную квартиру. И каждая уверена, что борется за справедливость.

– Я не халявщик, я – партнёр! – шипит змея, как некогда Лёня Голубков.

– Верно, партнёры, – квакает лягушка.

– Равные?

– Почти. Ты редактор, я издатель. Ты работаешь, я плачу. Ты гонишь – я загоняю. Ты создаёшь, я владею. Видишь – почти равные!

Змея моргнула. «Гонишь – загоняю»? Это про лошадей? Или про барыг? Но промолчала. Логика железная. Да и банка вроде большая – на двоих хватит.

Ползут они вместе по Герцлии – народ дивится: вот дружба так дружба! Лягушка со змеёю!

– Мы за справедливость, – квакает одна.

– За самую справедливую, – шипит другая.

И обе смотрят друг на друга с тревогой: не забрала ли та себе лишний кусок справедливости?

И обе чувствуют: банка становится теснее.

 

Глава III

О том, как змея своё гнездо лягушке отдала

А в 2018 году случилось событие примечательное.

Лягушка изъявила желание купить у змеи её гнездо – сайт «НЭП». За 175 тысяч шекелей.

– Продам! – прошипела змея.

– Куплю! – проквакала лягушка. – Скоро.

– Когда скоро?

– Как договор подготовят.

– А когда договор?

– Юристы, змея моя дорогая, существа занятые...

Началась переписка. Вместо договора – займы и векселя с обещаниями «потом спишем». Лягушка просила перенести содержимое гнезда на общий сервер. Змея, существо доверчивое, переносила.

Обещание без даты – это не обещание. Это утешение.

А договора не было. Как не было гусака у Ивана Никифоровича.

Лягушка между тем надувала горло всё больше. Банка, мол, общая! Змея кивала – но уже присматривала, где крышка лежит.

В 2022-м змее поручили окончательно перенести всё гнездо на серверы «Деталей».

Она перенесла. Годы труда, кладки яиц журналистских, архивы – всё. Растворился «НЭП» в «Деталях», как ящерица в пасти удава. Растворился – и следа не осталось.

А 175 тысяч шекелей всё не приходили.

– Скоро, змея, скоро, – квакала лягушка.

«Скоро» растянулось на годы.

Змея молчала. Но язычок раздваивался всё заметнее.

 

Глава IV

О том, как змея работала, а лягушка считала

Змея работала не покладая хвоста. Стучала по клавиатуре так, что соседи думали – то ли дятел завёлся, то ли крыша течёт.

По договору – девять часов. По совести – семнадцать. По факту – круглосуточно, как змеи и живут: один глаз спит, другой бдит.

Восемьдесят материалов в день на сайте! Восемьдесят! Иван Иванович в Миргороде и то меньше галушек съедал. А змея статьи глотала, редактировала, выплёвывала обратно – и снова за новые.

Переработки по 7-8 часов каждый день. Работа по субботам – Шаббат нарушался святой. Бывало, в пятницу вечером зажжёт свечи – и тут же за компьютер. Свечи горят, а она редактирует. Холоднокровная, что с неё возьмёшь.

Всевышний, видать, тоже развёл руками. Даже змеям нужен отдых!

А зарплата? Обещанные 30 тысяч?

Их не было. Была философия: чем больше работаешь, тем меньше получаешь. А чем меньше делаешь – тем больше тебе должны.

Закон обратной справедливости. Лягушки его хорошо знают: квакаешь – получаешь. Молчишь – ничего не получаешь.

– Это мелочи, змея, – квакала лягушка. – Всё по закону.

– Мы же договаривались...

– Договаривались, змея, договаривались. И выполняем! По букве.

Змея подписывала соглашения с компаниями Nevzlin Group и L.N. Group. Подписывала – полагая, что так надо. Лягушка ведь опытная, не станет обманывать! А потом выяснилось: эти документы урезали её права. А кто составлял? Адвокаты. Чужие, хорошие адвокаты. Лягушачьи.

Какое коварство! – если верить змее.

А может, и не коварство вовсе. Может, адвокаты всё сами придумали. Может, лягушка и не знала. Может, и луна из зелёного сыра.

Мы только записываем. А правды не знаем – суд разберётся. Хотя суды, как известно, тоже предпочитают лягушек: они громче квакают.

Банка становилась теснее. Змея начинала шипеть. Лягушка квакать громче.

Холоднокровные не любят тесноты.

 

Глава V

О том, как лягушка змею из банки выгнала

2024 год. Декабрь.

Приходит змея в редакцию – чешуя на солнце блестит. А ей говорят:

– Спасибо за работу, Эмиль Шлеймович. Мы больше не нуждаемся в ваших услугах.

Просто так. Восемь лет ползала – и на выход.

– Но я же... мы же договаривались!

– Всё по закону, змея. Всё по закону. Банка больше не резиновая.

Восемь лет. Восемьдесят материалов в день. Субботы, ночи, переработки. Сайт «НЭП» отдан, растворён, исчез. Гнездо – чужое.

И вот – спасибо, до свидания. Выползай.

Сайт «НЭП» удалили. Интернет-адрес теперь вёл на «Детали». Всё, что создавала змея годами, исчезло. Как шинель Акакия Акакиевича. Как свитка Ивана Ивановича. Как мыши в лапах кота.

Два гнезда, два «цифровых портсигара» – всё, что нажито непосильным трудом, всё погибло!

Лягушка осталась в банке одна. Квакала себе в удовольствие. Эхо – прекрасное!

 

Вечером змея вернулась в пустую квартиру.

Села у компьютера. Открыла старый файл – архив «НЭПа». Статьи, которые писала по ночам. Интервью, которые брала у министров. Расследования, за которые грозили судом.

Всё это теперь на чужих серверах. В чужой банке. Под лягушачьим кваканьем.

Она закрыла файл. Посмотрела в окно. Тель-Авив горел огнями – город, который принял её. Город, в котором она хотела построить своё гнездо.

А построила – чужое.

Змея закурила. Впервые за много лет – закурила. Дым пошёл из ноздрей. И подумала: «А что, если лягушка права? Что, если я и правда всего лишь наёмная змея? Которая ничего не поняла?».

Потом затушила сигарету.

«Нет, – прошипела она вслух. – Не наёмная. Партнёр. Который отработал своё. И которого обманули. Который отдал гнездо – и не получил ничего».

Змея раскрыла капюшон. Язычок задвоился.

Она открыла контакты адвоката.

Пора кусаться.

 

Март 2025 года. Змея не выдержала.

Подала иск. На 4 миллиона шекелей. Против лягушки и трёх компаний её семейства: Liberal Communication Ltd, Nevzlin Group и L.N. Group.

Четыре миллиона! Иван Иванович с Иваном Никифоровичем из-за меньшего судились. А тут – змея против лягушки! Холоднокровная драма!

Претензии змеи:

«НЭП» обещали купить за 175 тысяч – не купили. Гнездо забрали, а денег не дали.

Зарплату обещали 30 тысяч – не платили. Кормили обещаниями вместо мух.

Сверхурочные – не оплачивали. Змея ползала круглосуточно – ей даже мышь на обед не перепадала.

Договоры подсунули фиктивные. Змея подписывала, доверяла – а оказалось, сама себе яму вырыла.

Обещали – не выполнили. Договорились – не сдержали. Партнёры – как же!

Тут и выяснилось: справедливость – вещь делимая. Особенно когда делят её по суду. Холоднокровные в суде – зрелище страшное.

Змея шипела. Лягушка квакала. Судья не понимал – кого слушать?

 

Глава VI

О том, как лягушка от змеи отбивалась

Лягушка ответила устами адвокатов. «Славные люди», в хороших костюмах. С портфелями из кожи крокодила – дальнего родственника змеи.

Ответ был хитроумен. Лягушки вообще хитрые – не зря язык длинный.

Во-первых: между владельцем Liberal Communication Ltd и бывшим главредом не было договорных отношений. Никаких! Как будто не сидели в одной банке. Как будто лягушка змею не знала. Как будто не квакали вместе за справедливость!

Во-вторых: компании Nevzlin Group и L.N. Group принадлежат не лягушке, а её головастику – дочери Ирине Леонидовне.

«Я – не я, Собчак не моя, и сама я не извозчик». Лягушка знает этот приём.

«Я – не я, и компания не моя, и головастик мой отдельно».

Какая юридическая тонкость! Лягушачья логика! Лягушка к компаниям никакого отношения не имеет, разве что материнское – но это, как известно, не считается. В юриспруденции материнство – материя тонкая!

В-третьих: закон о рабочем дне не распространяется на руководителей. Хотела змея работать – работала. Не хотела – всё равно работала. Змеи вообще не спят – всем известно! Один глаз всегда открыт.

В-четвёртых – тут адвокаты превзошли себя! – змея оказывала лягушке личные услуги. Редактировала её кваканье в соцсетях, правила статьи, консультировала по стилю. Учила, как правильно надувать горло.

То есть: днём – главред «Деталей», вечером – личный редактор лягушки. Две работы! И за обе получала! Счастливая змея! А она жалуется.

Всё объяснимо! Всё законно! Всё по бумажкам!

Хороший адвокат докажет: змея – это лягушка, а лягушка – вообще головастик. За разумный гонорар.

И ещё: Liberal Communication Ltd подала встречный иск. Требует со змеи 290 тысяч шекелей. «Ссуда», видите ли! Лягушка, оказывается, змею кормила. Мухами кредитными!

Змея требует четыре миллиона. Лягушка требует 290 тысяч обратно.

Как Иван Иванович потребовал от Ивана Никифоровича возмещения за свинью, изорвавшую бумагу.

Змея шипит. Лягушка квакает. Судья смотрит – и не понимает: кого из банки выпустить?

Вот вам и дружба. Вот вам и партнёрство. Вот вам и банка на двоих.

 

Глава VII

О том, как банка разбилась

Февраль 2026 года. Сайт «Детали» закрылся.

Девять лет. Восемьдесят материалов в день. Светлый офис, белые столы, гудящие кондиционеры. Террариум для холоднокровных журналистов.

Всё кончилось. Как ярмарка в Сорочинцах. Как банка, упавшая с полки.

Причины называют разные. Но наблюдатели отмечают: закрытие совпало с судом между лягушкой и змеёю.

Как работать, когда в террариуме драка? Когда одна квакает на четыре миллиона, другая шипит на 290 тысяч? Когда адвокаты ходят, бумаги летят, печати ставятся?

Партнёрство, начавшееся в 2017-м, кончилось судом и закрытием издания.

Лягушка и змея не поделили банку.

Банка разбилась.

Лягушка выпрыгнула – поскакала дальше. У неё дом в Герцлии, веранды, Средиземное море. Будет сидеть на балконе, квакать про справедливость. Эхо хорошее.

Змея выползла – уползла в другое место. У змей так: потеряла одно гнездо – найдёт другое. Холоднокровные живучие.

 

Эпилог

Скучно на этом свете, господа!

Две холоднокровные твари бежали от социализма. Обосновались в Израиле. Принялись строить там левую журналистику – ту самую, от которой бежали.

Они бежали от социализма так далеко, что прибежали к нему с другой стороны.

Встретились в одной банке. Лягушка – богатая, громкая. Змея – мудрая, тихая.

Дружили. Работали вместе. Делили справедливость.

А справедливость на двоих не делится. Особенно когда обе – холоднокровные.

Лягушка квакала: «Моё!».

Змея шипела: «Моё!».

Каждая считала банку своей. Каждая считала сумму справедливой.

«Детали» закрылись. «НЭП» исчез. Банка разбилась.

Осталось два иска. Четыре миллиона против 290 тысяч. Холоднокровная арифметика.

Вот вам и борьба за справедливость. Вот вам и дружба лягушки со змеёю.

Ни одна не победила. Обе остались в луже – каждая в своей.

Скучно, господа. Право, скучно жить на свете.

Особенно когда холоднокровный.

Вот и сказу конец. А кто слушал – молодец.

Кто улыбался – дважды молодец.

А кто задумался – мудрец, а не жертва их справедливости.

 

P.S.

Автор только записывал, что слышал от людей почтенных. А врали ли они – кто знает!

Автор просто писец. Да ещё и полный. Не убивайте гонца. Он ни на кого не гнал.

Он даже не гонец вовсе – так, мимо крокодил (проходил), как одноимённый журнал.

Услышал. Записал. Съел.

И лягушку. И змею.

Съел – и переварил. Холоднокровно.

Упитанный крокодил.
 

3.03.2026. Нью-Йорк, США