Алексей СМОЛЕНЦЕВ. КАК «СЛОВО» НАШЕ ОТЗОВЁТСЯ… И отзовётся ли?..

 

Алексей СМОЛЕНЦЕВ

КАК «СЛОВО» НАШЕ ОТЗОВЁТСЯ…

И отзовётся ли?..

 

Для меня, простого писателя, Большой стиль – большое искушение… и лучше бы, наверное, промолчать все-таки… Тем более вот итоги Национальной премии «Слово» 2025 года, подведенные в году 2026, и Большой стиль требует уже не полемики, а поддержки…

Однако беды Большого стиля я вижу совсем иначе, чем Анатолий Андреев в его недавней публикации. Но благодаря публикации, явлена, наконец-то, какая-то конкретика о Большом стиле.

«Поэтому неизбежные издержки – это, повторим, детали, которые не влияют на Премию, определяющую курс Большого стиля» (А.Андреев).

То есть Премия «Слово» определяет курс Большого стиля? А не должно ли быть иначе? Не должно ли участникам Большого стиля, весь год напряженно работать над осмыслением произведений литературного процесса современности, работать в открытую, публично, привлекая к этой работе не только столицы, но и регионы? Работать – формируя повестку Национальной Премии? И далее, когда явлен Список финалистов, вновь – анализировать, осмысливать. Но, по существу, Список финалистов должен представлять квинтэссенцию работы Большого стиля за год. Нет, не влиять на Список финалистов должен Большой стиль. Эксперты Премии должны работать независимо. Но если работа Большого стиля эффективна и продуктивна – то, само собой, Список финалистов Премии «повторит» основные произведения, уже осмысленные Большим стилем. Но и произведения-финалисты Премии должны для Большого стиля вновь стать предметом первостепенного внимания, уже с точки зрения финала Премии. И что говорить о последующих лауреатах Премии? – Ни одно из произведений-лауреатов не должно оставаться вне критики и осмысления! Осмысления содержательной части произведений, как явления – и здесь важнее важного – Национальной жизни… Ведь Премия «Слово» – Национальная премия…

Вот, и в данном конкретном случае Анатолий Андреев, конечно, мог сказать то, что сказал, но важнее шаг следующий… хотелось бы увидеть – и не полемический, а объективно филологический, с позиций Большого стиля, – анализ трудов лауреата 2025 года по разделу «Критика» «Литературной газеты», конечно, не весь критический объем «Литературной газеты», но – основное, и коль скоро речь о литературном издании, то и тенденции и принципы работы Отдела критики «ЛГ»; и соответствие «тенденций и принципов» именно Национальному характеру Премии «Слово»… и не отклик одного критика, но именно позицию Большого стиля, и, коль скоро зашла речь, – по разделу «Критика», а в принципе и по всем разделам Премии.

…Мы привыкли к «словам», а вообще от понятия «Национальная» – захватывает дух… какой уровень должен быть?! Какова должна быть ответственность?!

А понимает ли кто-нибудь сегодня, что такое «национальный»?

НАЦИЯ ж. фрн. народ, в обширном знач., язык, племя, колено; однородцы, говорящие одним общим языком, все сословия. Национальный, народный или народу свойственный; иногда, ошибч, вм. простонародный. -ность ж. народность.

В.И. Даль дает определение «национального» в общем смысле, но есть же у нас, у писателей русской литературы, определение профессиональное:

«При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте. В самом деле, никто из поэтов наших не выше его и не может более назваться национальным; это право решительно принадлежит ему. В нем, как будто в лексиконе, заключилось все богатство, сила и гибкость нашего языка. Он более всех, он далее раздвинул ему границы и более показал все его пространство. Пушкин есть явление чрезвычайное; и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет. В нем русская природа, русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла. (…) Он при самом начале своем уже был национален, потому что истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа. Поэт даже может быть и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии, глазами всего народа, когда чувствует и говорит так, что соотечественникам его кажется, будто это чувствуют и говорят они сами» (В.Г. Белинский, «Сочинения Александра Пушкина. Статья Пятая»).

Здесь, названы все критерии, которые должны бы стать критериями работы Большого стиля по формированию «состава» Национальной премии «Слово» и по «подведению итогов» 2024, 2025 годов Премии (!).

И большая беда, и поэтому и приходится делать эти записи, что Союз писателей России, взял ведь на себя ответственность и за Премию «Слово» и за Большой стиль. Это все наши общие дела и труды. Все это наша общая ответственность.

Но вернемся к цитате Анатолия Андреева, которая для меня стала откровением, страшным откровением…

«Большим стилем, напомним, с некоторого времени (а именно с сентября 2024 года, когда в Москве прошла Всероссийская научно-практическая конференция литературных критиков и литературоведов «Большой стиль») принято обозначать некий «Большой культурный проект», направленный, – ни больше, ни меньше, – на смену духовно-художественной парадигмы в нашей литературе».

Я, Смоленцев Алексей Иванович, – писатель, простой русский писатель, член Союза писателей России, именно русский писатель – писатель русской литературы, поэтому «наша литература», для меня – это русская литература. На «что» хочет поменять Анатолий Андреев, со всем Большим стилем вместе, «духовно-художественную» (?) «парадигму» (?) русской литературы? Мне возразят: речь, мол, идет о современной литературе. И я отвечу: поскольку, Премия «Слово» – Национальная, и Большой стиль «курс её», то о какой еще «современной литературе» может идти речь, кроме современной русской литературы?

Продолжим цитату:

«Большой стиль, по задумке, должен стать инструментом для большого духовного очищения от всего того, что мешает нам двигаться вперед и становиться по-настоящему современными: от гнили неолиберализма, мифов «инклюзивного капитализма», «очарования» эгоцентризма, восприятия литературы как «служанки красоты», от восприятия «литературы как служанки» в принципе».

Слово Правды о русской жизни, основанное на Любви к России – главной и общей ценности русского народа и русской литературы, – это единственное, что поможет «нам двигаться вперед»…

…А уж о «большом духовном очищении» (аккуратнее надо с понятиями обходиться)… оно что, «духовное очищение», малым (?!) бывает… а «инструмент»… исповедь и причастие Святых Христовых Тайн – это Таинства Русской Православной Церкви, а не «инструменты духовного очищения»… Но они – единственные на белом свете – это самое «духовное очищение» и даруют человеческой душе… Да, Белинский говорит о возможностях русской литературы являть человеку очищенную красоту русской жизни – «В нем русская природа, русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте» (см. цитату выше), и тем самым работать и очищению души современного человека. Да, но не «инструментами» же… а вдохновением, совестью, талантом своим… хоть в литературе, хоть в критике.

И еще цитата из Анатолия Андреева:

«…сучить ручонками после драки было бы себе дороже: забава в кураже поразмахивать кулаками после того всегда сопряжена с колоссальными репутационными издержками».

Большой стиль, Национальная премия «Слово» – это большая работа, должна быть – большой работой. Это не «сучить ручонками» – это работать, как это «после», когда только что, 6 февраля, объявлены лауреаты Национальной Премии. Самая работа и должна бы начинаться для Большого стиля. И работа в настоящем – с произведениями лауреатов; и работа на будущее – работа на финал Премии «Слово 2027 года». Работать, даже если и о драке говорить, то по-русски-литературному это звучит не «сучить», а – «я тебя уработаю…». Это Шукшин, Василий Макарович… Работать!

Но надежд на это у меня, простого русского писателя, – пока нет…

(«Репутационные издержки» для себя предвижу, и заранее, даже не равнодушно, а с благодарностью Богу – за то, что, наконец-то, смог сказать о Большом стиле, задачах его и ответственности, в моем понимании, – приемлю.)