Сергей ПАНФЁРОВ 
Сергей ПАНФЁРОВ
РУССКАЯ ЗИМА
* * *
Бдети к песне укрепи...
Утренняя молитва к Богородице
Рассвет восходит в утренний зенит
И отгоняет демонов полночных.
О чём сегодня петь мне предстоит:
О славе божьей иль грехах порочных?
Что принесёт мне вдохновенье дня?
Какой строкою отзовутся страсти?..
Спаси, Господь, нестойкого меня
От беспощадной дьявольской напасти!
Пошли, мой Бог, мне лишь благую мысль!
Благослови служить добру и свету!
И дай душе дорогу только ввысь,
И не вмени во грех мне песню эту!
ЛЕБЕДИ
В Подмосковье люди зиму ждут.
Вдруг, неподалёку от столицы,
Опустились лебеди на пруд –
Две большие неземные птицы.
С ними оперившийся малыш –
Поздняя награда им от Бога,
Сел на воду, спрятался в камыш…
Видно, тяжела ему дорога.
Потому пришлось от стаи прочь
Оторваться здесь в долине стылой,
Переждать ненастье, день и ночь,
Лебедёнку дать собраться с силой.
Почернела павших листьев медь.
Первый снег кружит над гладь-водою.
Сердце сжалось: смогут долететь
Лебеди, не встретившись с бедою?..
И всю ночь в тревоге душу рвал,
Словно я за этих птиц в ответе,
А наутро от молвы узнал:
Улетели птицы на рассвете.
Что их там в пути далёком ждёт? –
Жгла тревога злая, не стихая.
Словно лебединый перелёт –
Наша жизнь от края и до края...
* * *
Кружит зимнее ненастье –
Вьюги серая стена.
Тишина. Какое счастье!
В божьем храме – тишина.
Тускло теплятся лампады,
Тает тёплый воск свечи.
Образов святых оклады,
Нимбов вечные лучи…
За спиной грехов котомка
Не даёт пройти вперёд.
Слышу, с клироса негромко
Кто-то Господа зовёт.
Виновато, неумело
Ставлю свечку на канон,
Чтобы душу отогрела,
Чтоб меня заметил Он,
И явил во мне участье,
От грехов омыл сполна…
Тишина. Какое счастье!
В древнем храме – тишина.
РОЖДЕСТВО
Охваченные общим торжеством
Мы отвыкаем думать о великом.
Давай негромко скажем: «С Рождеством!»,
Чтоб не будить младенца лишним криком.
В ночи затеплим свечи, помолчим
И головы пред Ним склоним повинно.
Подумаем: зачем мы так кричим,
Когда Он молча принял крест безвинно?
* * *
В час одиночества и грусти
Открою, Боже, Твой Завет.
Прочту, и грусть меня отпустит,
Узнав, что смерти вовсе нет,
Что память наша не остынет,
И будет с нами жить вовек
Всё то, что дорого нам ныне,
Что любит грешный человек.
Всё, что даровано от Бога
Нам в час рожденья на земле…
И к свету есть у нас дорога,
И крест спасенья – на челе.
* * *
…любите врагов ваших,
благословляйте проклинающих вас…
Мф 5:44
Поверь, Господь:
люблю моих врагов!
Я с ними жил,
а жизнь –
она прекрасна!
Я с ними жил
до напряжения жил,
не гнил в тоске –
за правду спорил страстно.
И в спорах тех, порой,
искал себя,
искал Тебя,
Всевышний мой учитель.
И Ты учил, жалел,
меня любя,
и я был на земле
не лишний житель.
Вся жизнь моя –
моя не по частям,
а целиком –
с друзьями и врагами...
Я пью её одним
большим глотком,
не обронив и капли
под ногами.
Ну а когда приду я в мир иной,
мои враги
пусть будут там со мною.
Мы вспомним с ними
о судьбе земной,
в конце сказав друг другу:
«Бог с тобою!».
* * *
В краю родных раскидистых полей,
В краю дорог ухабистых и узких
Смирению учусь у тополей
Таких привычных, скромных, тихих, русских...
В округе нашей их не сосчитать.
Их в городах опиливают низко,
Но вновь встают они за ратью рать
У пашен, улиц, скверов, обелисков…
И пусть берёзкам громче гимн поют,
Стихи рябинам чаще посвящают –
Солдаты-тополя на пост встают,
Нас от ветров суровых защищают.
Взамен от нас не требуют наград,
Осеннею листвою не прельщают,
Не рядятся, как клёны, – на парад
И наше невнимание прощают.
Неброские служители аллей,
Не мыслящие жизни по-иному…
Весь век учиться мне у тополей
Их высшему смирению земному.
РУССКАЯ ЗИМА
Снега сугробами, как в детстве.
Мороз ядрёный щиплет нос.
По-деревенски я оделся
И вышел разом на мороз.
Иду. Лишь скрип под сапогами
Мне нарушает тишину,
Да тропки заячьи кругами
Избороздили целину.
С морозцем весело бороться!
На ярком солнце снег искрит.
И в небесах, и в сердце – солнце.
Душа от радости парит.
Всплывают годы молодые:
Когда в мороз не нужно в класс –
На лёд спешили – озорные.
Коньки и клюшки звали нас.
В сугробах строили тоннели
И потайные блиндажи.
И с гор на санках мы умели
Крутить крутые виражи.
Не стрáшны были снег и стужа
Отважной сельской детворе…
А что ж теперь?.. Мы стали хуже?
Мороз пугает на дворе?..
Нет... Потому, прогнав дремоту,
Морозно-солнечной порой
Иду в поля не на охоту –
На встречу с русскую зимой.
* * *
Разрезвилась зима, расплясалась.
Вьюгой кружит шубейка её.
Лишь рябины последняя алость
Красит кровью сугробов бельё.
А вокруг всё бело и неброско.
И сквозь выцветший неба платок
Проступает, как будто из воска,
Долгожданного солнца желток.
С крыш свисают сосулек занозы,
Не спешат покидать свой приют.
В ослепительных ризах берёзы
Величальные песни поют.
И звенит бубенцами синица,
Подпевает берёзам без слов.
И позёмка по полю струится,
Наметая барханы снегов.
Всё в порядке на нашей планете:
Снег – как снег, и зима – как зима.
Ждём весны и мечтаем о лете,
И надежда приходит в дома.
* * *
Метёт метель, не уставая.
Снега сегодня хороши.
Бело от края и до края,
В столице гордой и в глуши.
Зимы затея не пустая,
Проверено из века в век –
Снега могучие растают,
Поток прочистит вены рек.
Тогда земля задышит вольно.
Взойдут и травы, и хлеба…
На той земле взойдёт привольно
России светлая судьба.
И пусть под флагом белоснежным
Своим шагает чередом
Зима и рядится в одежды
С небесно-звонным серебром.
ПОСЛЕДНЯЯ ПЕСНЯ ЗИМЫ
Владимиру Хомякову
Февраль. Он коренаст и жилист.
Суровый царь для наших мест.
Куда его укажет перст,
Туда снега спеша ложились,
И в вальсе ветреном кружились
Плеяды маленьких невест.
И ветры, ветры неустанно
Слагали гимны февралю.
Так жертвы, стоя на краю
Бездонной пропасти, «Осанна»
Поют властителю обмана,
Чтоб в страхе жизнь спасти свою.
Отчаянно скрипит мороз.
Лютует из последней силы
И чует час своей могилы,
Пустой, без благодарных роз,
Без почестей и горьких слёз,
И мы ему уже не милы.
Он знает, царство февраля
Недолго. Главное светило
Уже с высока известило,
Что вскоре вскроется земля,
И травы выйдут на поля,
И будет то, что прежде было.
Тому порукой ясный день.
Он ночь теснит, она отходит.
И слышен пересуд в народе,
Что в чаще звал весну олень,
И тучи снеговая тень
Уж не печалит на исходе.
Долой безрадостные сны!
Февраль весне готовит пристань.
И пусть ночами ветра свисты
Срывают полог тишины,
Снега подобием волны
Бегут позёмкой в поле чистом,
Их дни движением планет
Предрешены – февраль исходит.
И ждёт их скандинавский Один
Держать за все дела ответ,
Как только допоют куплет
Последний матери-природе.
Драккары их готовят путь
Обратный, в северные дали.
Их здесь запомнят, их узнали,
Теперь пора и отдохнуть.
Из южных стран на Русь, на чудь
Идут не знавшие печали
Иные, тёплые ветра.
Но март их сразу не приемлет.
Он, как всегда, вначале дремлет.
Нет-нет, да залетит с утра
Пурга – коварна и мудра –
И снова заколдует землю.
Но зная сызмальства о том,
Не будем, друг мой, огорчаться.
И соберутся домочадцы
За блинным праздничным столом.
И Масленицы шумный гром
Неделю в санках будет мчаться.
И в день прощения вины
Искать мы будем покаянья.
И в жар народного гулянья
Под песни русской старины
Вдруг вспомним, где мы рождены
Для славы, доблести, дерзанья…
Отчизна закаляет нас:
Её ветра, снега и стужа;
Её июльский зной и лужи
В ноябрьский беспросветный час…
И я молю, чтоб не угас
В нас русский дух,
мой добрый друже.