Анатолий АНДРЕЕВ. АЛЕКСАНДРУ СЕРГЕЕВИЧУ ПУШКИНУ. Из цикла «Прообразы»

 

Анатолий АНДРЕЕВ

АЛЕКСАНДРУ СЕРГЕЕВИЧУ ПУШКИНУ

Из цикла «Прообразы»

 

* * *

Всегда со мной, везде и всюду

Твой свет – и сердцу, и уму.

Я отношусь к тебе, как к чуду,

При всём при этом руку жму.

 

Он «наше всё» иль «всё не наше» –

Се писк убогого ума.

Он был не нашим или вашим,

Он был избранным, званых – тьма.

 

Как донести всё, что открылось

Порой ночной иль в ранний час?

На то, конечно, Божья милость

И Божий гнев – как Божий глас.

 

Но был живым он человеком:

Тут отдыхал, а тут – в пути.

К чему бесплодно спорить с веком?

Он и не спорил, он шутил.

 

Вот тайное его призванье:

Собрать в пророчества слова,

Чтоб нешутливое посланье

За шутку приняли сперва.

 

Шутник! Какая злая шутка...

Убогих слово найдено.

На дубе клетка, в клетке – утка,

А в утке той – двойное дно.

 

Чего поэту не простили?

Его божественный посыл:

Все около-вокруг ходили,

А он пришёл и пошутил.

 

Он создал книгу книг. И с нею

Вошёл в бессмертных пантеон.

Какая жалкая затея ­–

Не видеть шутку всех времён!

 

Легка божественная шутка,

Забава сердцу и уму,

И на века, и на минутку

Про главное: про свет и тьму.

 

И в шутке той открылась бездна!

Давай смеяться иль рыдать.

А долю шутки неуместно

Как долю истины принять?

 

Так кто он: полурусский, полу-

То ль Ганнибал, то ль полубог?

Ни то, ни сё – всё вместе полно:

И лучше выдумать не мог.

 

Так улетай! Не может зависть

Мириться с долей номер два.

Явилась тень дуэлью править

Все недопетые слова.

 

Но промысел нельзя исправить:

Он либо есть, либо уж нет.

Наш мир не самых честных правил,

Но тьма есть тьма, а свет есть свет.
 

Всегда со мной...

15.12.23

 

ДУЭЛЬ

Дуэли быть. Роковое решенье.

Судьба у барьера. Далее – мрак.

А если бы жив остался гений?

…Хладные руки, распластан враг,

 

Взгляд стекленеет, невнятный шёпот…

Чистую совесть мутит от себя.

Точно в сердце, надо же. Пробит

Час: бессердечный, кого-то любя,

 

Чисто и кротко взывает к небу.

Теперь ты убийца. Фартовый стрелок.

Забыты обиды. Был или не был

Вызов фатальным? Иначе – не мог?

 

Жизнь даже после удачной дуэли

Сладкой не кажется. Сильно горчит.

Что-то не пишется. Слышатся трели,

Только к бумаге – перо воротит.

 

Кажутся (морок!) глаголы пустыми,

Шёпот невнятный становится вой…

Даже в июне руки стынут

Как-то по-старчески. Как у него…

 

«Смертью оплачивать каждую строчку –

Смертью своею! – поэту к лицу.

Если уж вызов, дуэль – то сорочку

Белую мне, ну а фрак – подлецу.

 

Странно устроено: ты его вызвал,

Чтоб он тебя, сукин сын, пристрелил?

Ты его в сердце – тотчас будешь призван

К барьеру сердцем своим. И не мил

 

Станет триумф, обращённый в тризну.

Ты это знал. Ты об этом писал.

Истина. Честь. Любовь. Отчизна.

Дьявол подстроил дуэль эту сам…

 

Иначе – не мог. Писать перестал бы –

Предал бы что-то святое. В живот

Ранен. В живот. Заживёт до свадьбы.

Ах, свадьба была уже. Не заживёт.

 

Что же… Врага своего не прощаю.

Не позволяют любовь и честь.

Роман в стихах вам завещаю.

Там сказано всё.
                                Счастье – есть…»

24.01.26

 

ЧЁРНАЯ РЕЧКА

Чёрная речка. Добраться чрезвычайно просто.

Садишься в карету или, например, на метро,

Предварительно выпив ароматного чаю с тостом.

Едешь. Под стук колёс замирает нутро.

 

Чёрное место. Оторочка – рябина с берёзой.

Из неопрятного мрамора бревно-обелиск –

Прямо в сердце стремит слегка заострённой занозой.

Иль пулей в подбрюшье. Стоп (под руку нелюдю)!

Пли…

 

И жизнь уже прежней – не чёрной – конечно, не будет,

Коль ты пропустил сквозь вены ту ржавь гвоздя.

По тропинкам с собаками гуляют вдоль речки люди,

Радуясь, что нет в Санкт-Петербурге дождя.

 

Жизнь мы поделим неровно – на «до» и «после».

Чёрным смехом подавится в чёрном аду нетопырь.

Чёрная речка намыла в душе светлый остров:

Там пули – мимо,
                                    и нет для черни тропы.

30.08.24