Татьяна МАКСИМЕНКО. СОЗВУЧНЫЕ С ПОБЕДОЮ ГРЯДУЩЕЙ. Памяти поэтов, погибших на СВО

 

Татьяна МАКСИМЕНКО

СОЗВУЧНЫЕ С ПОБЕДОЮ ГРЯДУЩЕЙ

Памяти поэтов, погибших на СВО

 

* * *

                               Олегу Гегельскому
                                     и Алексею Полуботе

В гулкой бездне звёзды помнят,

Как лилась на землю кровь,

Как душа в тревоге тонет,

Стонет от нехватки слов.

 

Как поэты из России

Пели, заглушая боль,

Как вошла в дома пустые

Смерть, произнеся пароль.

 

– Нет, не надо мне награды! –

Прошептал во тьме Олег.

За волною звездопада

Алексей замедлил бег.

 

Каждый видел вспышки: звёзды

Снова светятся вдали!

Полночь… Завтра будет поздно…

Души – горсть родной земли.

 

Души, ввысь взлетая – светят!

И у каждой – имя есть.

Слава им – на этом свете,

Доблестных имён – не счесть…

 

* * *

Летят минуты.
       Времени всё меньше…
       Юрий Вологодский, позывной «Волк»

Он поэт-боец, и с позывными

Всё в порядке:
                      был «Юрец» – стал «Волк».

Он разведчик с нервами стальными,

В боевых машинах зная толк.

Но из боя вышел – обессилен,

Обезножен… Крикнуть не успев.

Ведьма-Смерть – невозмутимый киллер –

Прячется среди густых дерев.

Год прошёл… Минуты утекают…

Времени всё меньше, ближе тьма.

Смерть поэта в бездну увлекает,

В холод сфер, где вечная зима.

Вероятно, души человечьи

Светят в небе звёздами: как знать?

Горе камнем падает на плечи

Матери: теряет сына мать.

Но стихи, как птицы, оживают

И хранят души его тепло.

В строчках – боль и дума вековая:

Победить врага, что сеет зло.

Победить! На алтаре Победы

Начертать погибших имена.

Память сохранить, идти по следу

Истины: она для всех одна.

 

* * *

Белые палаты, как сугробы…
       Юрий Вологодский, «Волк»

Он в гущу событий стремился попасть,

Служил в батальоне «Восток».

Война ненасытно ощерила пасть,

И был нескончаем поток

Людей и машин:
                             из Донбасса – в Донбасс

Вдоль минных зловещих полей.

О жизни стихи он слагал без прикрас,

И всем становилось теплей,

Когда в госпитальной густой тишине

Поэта звучал монолог…

Прихлынула с детством, что грезилось в сне,

Фантомная боль вместо ног.

Вначале «Юрец», а потом позывной

Сменился на краткое: «Волк»…

Он умер в апреле, желанной весной,

Когда ненадолго умолк.

«Не многое сделать успел…»  – прошептал.

Есть книга – как память о нём.

Цветы для героев – и мемориал,

Где гулкий звучит метроном.

 

СОЛЁНЫЙ ТРУД

Чёрной пулей прострелены…
                           Алексей Полубота

Пулевых ранений – минимум…

От осколков и огня

Стонут добровольцы милые,

Матом недругов кляня.

 

Врач из группировки «Север»,

«Берег» – краткий позывной,

Говорит: «Шанс не потерян,

Мы вернём героя в строй.

 

На войне ведь всё бывает:

И приходится ползти

Там, где «птичка» убивает,

Караулит смерть в пути.

 

Но «трёхсотого» доставим

В госпиталь, его спасут…

Мыслей не было о славе:

Боль была… Солёный труд…».

 

* * *

А может, я останусь навсегда
       Солёным камнем…
                            Алексей Полубота

Он будто видел камень: в нём – себя,

Поэт – в тот день предчувствием томимый,

Ушёл в рассвет, где, смертного, судьба

Его подстерегла неумолимо.

 

Он жил, как все, но всё же ближе всех

К черте, где бездна воинов глотала.

Его стихи, как раскалённый снег,

Светились у подножья пьедестала.

 

Он знал, что Слово – это грозный меч,

И он владел им – по-мужски, бесстрашно.

Но не смогла Россия уберечь

Того, кто защищал её отважно.

 

Поэты, соль земли моей родной!

Один из них себя увидел камнем,

Хотя звучал певучею струной

И скрылся навсегда за облаками.

 

Мы будем помнить голос молодой,

И взор его – на подвиги зовущий,

Стихи его – над камнем со звездой –

Созвучные с Победою грядущей.

 

ДОЛЯ

Одна нам доля – вечный бой,
       гора Поклонная одна.
                     Валерий Заводчиков

Добровольцем ушёл на войну:

Мысль о ней не давала уснуть.

Был в строю, где нужнее всего,

Стал участником СВО.

 

Вечный бой – поколений знак:

Шли на смерть, где коварный враг

В людях веру пытался убить,

Слово «Родина» истребить.

 

Вера там, где живёт любовь,

За неё в битвах льётся кровь.

«За Россию!» – звучит набат,

Слава ждёт молодых ребят.

 

На Поклонной горе в их честь

Громких песен и слов не счесть:

Всюду – свечи, венки, цветы…

И несбывшиеся мечты.

 

НАВЕК С РОССИЕЙ

Награждены посмертно…
                                             Будем помнить

Героев, что ушли в расцвете лет.

Пусть будет каждый – и прощён, и понят

Спасителем, поэтами воспет.

 

Пусть каждого душа
                                      навек с Россией

Останется, где в гулких небесах

Нам помогают русские святые

Идти к Победе через боль и страх.

 

Мы победим!
                             Мы за родную землю

Сражаемся, где люди слёзы льют...

Я лишь такой исход войны приемлю,

Где в честь Победы прогремит салют!

 

ИСПЫТАНИЕ

Одной ногой в аду, другой ногой в раю…
                                         Валерий Заводчиков

Война для великой России всегда

Была испытаньем.

Горели деревни и города,

И с возгласом: «Встанем!»

Вступали бойцы в огнедышащий бой,

Упорный, кровавый,

И землю отцов заслоняли собой

С посмертною славой.

 

А воину снилось: одною ногой

Он чует дыхание ада,

И в рай попадает ногою другой:

Он грешен и свят! И не надо

Бойца за желание выжить корить:

Он с грузом грехов перед Богом.

И прежде, чем с ним о войне говорить,

Задуматься стоит о многом.

 

ВОЗМЕЗДИЕ

Умывается кровью заря
       Над холмами надежд…
                    Олег Гегельский

Холмы несбывшихся надежд

С крестами в изголовье…

Поэта-воина утешь,

Страна, своей любовью.

Россия, ты теперь в долгу

Пред павшими на поле,

Где ивы согнуты в дугу

От нестерпимой боли.

 

Чтобы возмездия волна

Противников накрыла,

Чтобы великая страна

О мире говорила,

И в мире праведном жила,

Как это было прежде,

Звонят, звонят колокола

О мире и надежде!

 

Молитвы к Господу летят,

И Он внимает Слову,

Разят врагов ракеты «Град»,

Незыблемы основы.

Вступая в бой, мы не дрожим:

Ведь на кону – Россия!

И за своих мы постоим,

Отважные, живые!

 

ЦИФРЫ

Сто семьдесят семь беспилотников

Белгород сбил за сутки.

Много вокруг охотников

За фактами: это не шутки.

 

Кучки алчных мошенников,

Похожих на пауков,

Держат несчастных пленников

В зоне тревожных звонков.

 

Очередь за бензином:

Жизни часы драгоценные,

Взрывы в краю былинном,

Домой не вернулись пленные.

 

Заборы высокие прячут

Владельцев особняков.

Богатые тоже плачут,

Ограбив своих стариков.

Август 2026

 

МАКИ

Маки, маки – словно маги:

Их рисую на бумаге,

В каждом маке – слиток солнца

В чёрном донышке колодца.

 

Всюду вспыхивают маки!

Маки губ в универмаге:

Губы – ярко-красный мак,

На ногтях – кровавый лак.

 

А на сцене – царь-девица,

Только нечему дивиться:

Маки, сжатые в кулак,

Ей вручает вурдалак.

 

Вот пивная. К пиву – раки,

Тесно, душно – как в бараке,

Шум – и многолюдный говор,

В колпаке белеет повар.

 

Тонут фонари во мраке,

Кровь течёт: приснились маки.

Гром гремит, прервался сон.

Дом наш атакует дрон.

 

* * *

Кто-то спешил в экспрессе

К Чёрному морю в Крым.

Кто-то, в операционной,

Скальпелем швы чертил.

Каждый думал о прошлом,

В пытке расстаться с ним:

Точки соприкосновенья –

Это вчерашний тыл.

 

То, что казалось ценным,

Обесценилось вдруг.

То, что казалось вечным,

Превращается в тлен.

Солнца грифон ослепший

В чреве таит испуг,

Сон перепутав с явью,

К дронам попавший в плен.

 

Не убежать от правды,

Если трепещет свод

Крыши надёжной крепость:

Шумный вокзал дрожит

От налетевших «птичек»,

Опередивших ход

Поезда, что до крика

Беженцами набит.

 

Останови паяцев,

Милостивый Господь!

Их беспредельна злоба

И ненасытна власть.

Душам их нет покоя,

Тешат в забавах плоть,

Пьют, не напьются крови,

Волчью ощерив пасть.

 

ВИХРЬ

Всё сгоревшее станет золою,

Всё отжившее станет землёй.

А герои предстанут скалою,

Воплощением славы былой.

 

Кровь когда-то сверкала рубином,

Чёрной нефтью течёт сквозь века.

Вихрь гуляет по древним руинам,

Чтобы множилась мощь сквозняка.

 

И с предчувствием бед неминучих,

Как предвестье земных катастроф,

Стынет солнце кровавое в тучах,

С обещанием божьих даров.

 

ЖИВАЯ ВОДА

Согреемся былою славой –

И в точке соприкосновенья

Почудится орёл двуглавый,

А это – дрон, ловец мгновенья.

 

Несокрушимой Византии

Казалось, что она сильнее

Врагов, что крестоносцы злые –

Лишь вихрь случайный перед нею.

 

Но время шло, и всё менялось:

Империя, дряхлея, пала…

Рывок, толчок – столетий малость:

Россия – Третий Рим – воспряла!

 

Костями русскими Европа

Усеяна, и всем известно:

Россию защищать – до гроба! –

Герои будут повсеместно.

 

Россия светит путеводной

И негасимою звездою.

Она – земля, в толпе народной

Дух окропит живой водою.

 

ИВАНУ ЛУКИНУ, БОЙЦУ СВО

Я устремляю взгляд к небу –
       к Богу, которого там нету
       для многих, но только не для меня.
                                                Иван Лукин

Кто душу положит за други своя,

Тот Господом будет оправдан.

На небе обуглились тучи края,

И рай поглощается адом.

 

Друг, после сражения будем с тобой

В стихах говорить о России.

Ты в сумерках жертвовал снова собой

И слышал друзей позывные.

 

С тревогою думал о доме своём,

О Боге, что за облаками…

Но – спецоперация: враг за углом,

И вспышки огня над домами.

 

Лишь в действии – сила, лишь ярость в борьбе,

В упорном противостоянье.

Друг, в храме молитва звучит о тебе,

Вновь преодолев расстоянье.

 

Мы выстоим, мы в ополченье идём,

Мы помощи руку протянем...

Я слышу победный раскатистый гром,

И песню бессмертную: «Встанем!..».